atsman (atsman) wrote,
atsman
atsman

Category:

Записки одиночного велосипедиста (4)

5/10/06

Пульгукса-Соккурам (8.4 км)

Проснулся рано, сразу после шести. Спать не хотелось. Пытаясь извлечь из гостеприимной, но дорогой, ночлежки максимальную пользу, еще раз принял душ, в семь часов распрощался с ней, отправился на соседнюю улицу, купил у сонного хозяина лавки булочку и у молчаливого кофейного автомата - кофе. Перекусив, оседлал конька и двинул в гору, к Соккураму (Пульгукса, как я справедливо полагал, был еще закрыт).

В Соккурам, который спрятан в складках Тхохамсана у самой вершины, ведет горный серпантин длиною восемь и четыре километра. Полон сил и энергии, я без устали карабкался все выше и выше и лишь изредка делал короткие остановки, чтобы сфотографировать экзотичные пейзажи долины и видневшегося вдали моря, открывавшиеся с высоты нескольких сот метров.

В Соккураме, скрыв причиндалы цивильными шортами и сменив потную футболку на сухую, пошел по ровной, твердо утоптанной грунтовой дорожке. Через двести метров чуть выше, на склоне горы, на высоте семисот пятидесяти метров над уровнем моря, "скит" - невзрачный, выстроенный в традиционном стиле портал, скрывающий вход в собственно пещеру. Пещера невелика, в форме ротонды, внутри, отгороженный стеклом, Будда (здесь отсылаю к Гуглу). Фотосъемка запрещена. Приходится фотографировать только снаружи. Набродившись, пуская слюнки, вокруг пещеры, спустился вниз, наведался в сувенирную лавку - надо поддержать корейскую культуру и музейное дело. Мой излюбленный сувенир - платки за две тысячи вон (они весят немного, их удобно потом дарить приятелям-знакомым). Заодно прикупил крошечного Будду.

Но надо бы и самому сфотографироваться. Обратился к первому попавшемуся (это был парень лет тридцати): "Сфотографируйте, пожалуйста". Тот, пытаясь проявить недюженные фотографические таланты, наводил ракурс так-сяк, наконец сфотографировал... Пока он фотографировал меня, я гадал, где видел эту рожу? "Это не вы вчера брали велосипед напротив автовокзала?". "Да. А вы...?". "Я ремонтировал велосипед".

Парень оказался аспирантом-юристом из Ханъянского университета: "Я оставил велосипед внизу, поднялся сюда на автобусе. Ночевал внизу. Если бы мы встретились вчера, мы могли бы переночевать вместе в одной комнате и сэкономить кучу денег". "Кто же знал?!".

Разговорились. Я планировал проехаться до моря (вон оно, в двадцати километрах), а потом окольными путями вернуться в Кёнчжу, но поддался уговорам нового знакомого, передумал и спустился в Пульгукса (см. Гугл). Там снова встретились и пару часов гуляли по храмовому комплексу... Но вот внутренние часы в организме протикали обеденное время, и я на правах старшего повел попутчика обедать.

Пообедав, сели на коньков-горбунков и поехали в Кёнчжу. Там, обойдя музей и насмотревшись на бесчисленные черепки, Будд и европейского вида туристов, распрощались... Мой путь лежал обратно в Тэгу и дальше в Хэинса.

Кёнчжу-Тэгу (85 км)

По пути заехал в уже знакомый Ёнчхон, отыскал увешанную фонарями рыночную улицу, на ней велосипедную лавку. Подкачал колеса и рванул в Тэгу.

Когда разговаривал с хозяином лавки, в очередной раз поразился диалектному разброду крошечной Кореи - стоит отъехать от Дижона на какие-то двести-двести пятьдесят километров, и люди уже говорят на совершенно другом языке! Поначалу мне, носителю нормативного, стандартного, языка, было даже трудно понять, о чем говорит мой собеседник. Должен сказать, что кёнсанский диалект вообще славен в лингвистическом мире. Его акцентуационная модель такова, что непосвященному человеку может даже показаться, что местные люди - и мужчины, и женщины - постоянно пьяны...

Когда приехал в Дэгуищи, уже начинало темнеть, и я решил здесь заночевать, путь продолжить завтра. Свернул с шоссе в проулок и увидел строй мотелей. Выбрал тот, на котором не было слова "массаж", заплатил двадцать пять тысяч и получил в свое распоряжение великолепный номер с огромной круглой кроватью и бесплатным секс-каналом... Хозяин: "Если вам что-нибудь надо, вы только скажите". "Спасибо, ничего не надо. Только где здесь можно поесть?". "И впрямь... Сейчас праздники...".

Все харчевни рядом с мотелем были закрыты. Оседлал конька и поехал в сторону. Проехал лишь несколько сот метров и увидел зазывающие огни какого-то заведения. Подъехал ближе - "Мясо, жареное на древесных углях генерала Хона"! То, что нужно!

В харчевне было людно, шумно и весело.

Тэгуйская кухня еще раз подтвердила свое первенство по отношению к дижонской. Мало того, что порция свиных ребрышек стоит здесь всего две с половиной тысячи (правда, в "Генерале Хоне" надо заказывать минимум три порции, но я, в соответствии со своей пронырливой натурой, заказал только две), так еще и закуска весьма разнообразна и многочисленна. В Дижоне в такой придорожной харчевне к мясу дадут разве что редьку и кимчхи, здесь же я насчитал одиннадцать видов "панчхана", включая морскую живность!

Наелся мяса, и подбежала тетушка: "Что будем есть?".

Вот еще одна из загадок корейской кухни и корейской души! На наш рациональный взгляд, что есть мясо и все эти закуски, так сказать, гарнир, как не "еда"?! Но для корейца со всем его нынешним благополучием "еда" - это по-прежнему рис, на худой конец, лапша.

Желая отделаться от тетушки малой кровью, заказал просто рис в баклажке ("конги-пап") и... получил горшок огненной похлебки ччиге, плошку риса и бадью с разнообразной зеленью и закуской. Вываливаешь рис в бадью, перемешиваешь и получаешь "пибимпап"!

Одолев "еду", заплатил девять тысяч - за две порции мяса, одно пиво и рис. На выходе налил дармового кофе, прихватил дармового мороженого. Великолепно!

Вернулся в мотель, секс-канал смотреть не стал, заснул мертвецким сном.
Tags: Корея с седла велосипеда, Пульгукса, Соккурам, Тэгу, велопробег, мотель, транскорейский, храмы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments