atsman (atsman) wrote,
atsman
atsman

Categories:

Чем люди живы

Жизнь местного человека, вернее, день (примем день за минимальную космическую единицу, что, думаю, оправдано, ведь никто не говорит я прожил пять часов или один час, а говорят я прожил еще один день или до зарплаты осталось три дня), если подходить к этому делу технологически, можно поделить на три части, каждая из которых равна примерно восьми часам.

Первые восемь часов, само собой понятно, выпадают на работу (если не принимать в расчет случаи, когда работодатель заставляет работника работать по двенадцать-четырнадцать часов). Поскольку работа - занятие скучное и, буду откровенен, по большому счету, насильственное, то не буду писать об этом. Скажу только, что в моем заведении, сугубо и предположительно интеллектуальном, люди большей частью думают, разговаривают, сидят перед компьютером, подолгу рыщут в Интернете, пытаясь найти ответы на сложные теоретические вопросы, которые ставит перед ними их религия, отрываясь ненадолго лишь для того, чтобы совершить троекратный поход в служебную столовку.

Вторая и самая важная восьмерка, как вы должны помнить из моих предыдущих писем (см. тему еда), приходится на отдых, а точнее - на ходьбу по ресторанам и увеселительным заведениям. Ходьба по заведениям, поглощение еды, пение песен, крики и гульба - наиболее аутентичное отображение исконной, природной философии корейца, который как никто другой в мире максимально приближен (в буквально смысле слова) к природе, к земле (см. мои размышления на тему о половой жизни).

Известно, что испокон веков корейцу жилось довольно трудно, поэтому он пытался найти выход в гульбе, пусть натужной и кратковременной, с песнями и плясками, которая давала ему передышку в борьбе за существование. Не зря корейцы говорят, что их натуру и их философию лучше всего характеризует нонъак 농악 "деревенские песни", разудалые песни и пляски в разноцветных одеждах под пронзительные звуки гонга, барабана и корейской свирели, после которых так хорошо плюхнуться на пол или землю и хорошенько поесть и выпить. К слову сказать, структура корейской жизни ничуть не изменилась за сотни лет, и что такое с функциональной точки зрения норэбан и караоке, хопхы и сиктаны? Не что иное, как сплошной нонъак!

Иногда корейцам удается совмещать работу и гулянье (ресторанный и игорный бизнесы), но в нашем случае это - невыполнимая миссия. Однако будет верно сказать, что первая и вторая восьмерки в жизни корейца тесно связаны друг с другом и чаще всего незаметно перетекают друг в дружку. Никогда кореец не отправится домой сразу после работы. Тому, правда, есть рациональное объяснение, но об этом позже.

Чтобы не быть голословным, приведу пример фузии (слияния) первой и второй восьмерки.

Позавчера Юстас и я провели несколько мучительных часов, сидя в скрюченном положении на полу институтского конференц-зала, полемизируя с двумя почтенными коллегами относительно природы и истоков учения, проповедуемого в КТ (Корейском Талмуде). К исходу рабочего дня интеллектуальные споры изрядно надоели и нашим оппонентам, и они предложили нам пойти в ресторан, тем более что они получили добро на поход в ресторан (и кредитную карточку) от Самого (ставьте ударение, по вашему желанию, на первом или третьем слоге) Главного Босса. Нам было предложено заранее выбрать тип ресторана – мясной, рыбный, мучной..., чтобы не терять зря времени. Поскольку мы с Юстасом успели посетить все корейские рестораны в округе, единственное, что нам пришло в голову - это японский ресторан.

Мы покинули Главное Здание поодиночке, предварительно договорившись встретиться на улице через пять минут. Однако когда мы встретились на углу, из столовки некстати вывалила ватага голодных исследователей, которые бросились к нам с вопросом, почему не идем ужинать. Главный заведующий уклончиво ответил, что "у нас есть дело" (볼 일 있다 есть дело, которое нужно посмотреть), и, клянусь, исследователи поняли, что это за дело, потому что они, недовольно ворча и посматривая на нас, отошли в сторону и принялись обсуждать, куда им направить стопы для принятия второй очереди (이차 ичха) жратвы и выпивки.

Японский ресторан оказался просторным заведением на первом этаже высотного офисного здания. Разбитная упитанная белолицая официантка уболтала ученых на дешевый комплексный обед (100 000 вон), заученно пообещав по первому требованию приносить дополнительную закуску (панчхан 반찬).

Поскольку деньги на обед были чужие, нас ничуть не волновали ни меню, ни количество спиртного. Были напрочь забыты надуманные теоретизирования по поводу религии, взаимные упреки Запада к Востоку и наоборот - деревянные телеги с сырой рыбой непрерывным потоком направлялись к нашему столу, шкворчали на газовой плитке котлы с супами, сочжу текла рекой, много раз повторялся тост "За перевод!"...

Если подсчитать общее количество часов, проведенных нами в тот день в офисе и ресторане, то как раз получится шестнадцать часов.

Остальные восемь часов приходятся на дом.

Таким образом, как я показал выше, первые шестнадцать часов весьма важны для индивидуума и социума – первые восемь часов кореец отбывает на работе, чтобы дать шанс работодателю начислить тебе зарплату (на которую он пару раз в месяц водит всю честную компанию в ресторан; а в остальные дни его и компанию поведет кто-то другой, и так целый месяц; это своеобразная корпоративность, о которой я упоминал в одном из предыдущих писем; если обрыдла работа и хочешь, чтобы тебя уволили, перестань водить сослуживцев в ресторан; именно в этом смысл и значение корейской корпоративности, а не в том, о чем пишут заумные ученые-политологи и экономисты) и вторые восемь часов – собственно то, ради человек живет (см. подробное описание двумя абзацами выше).

Подмечено, что кореец не только избегает приходить домой сразу после работы, но и не принимает гостей у себя дома. И впрямь, припомните. Любой европейский или американский человек гордится своим домом, с удовольствием принимает гостей, устраивает BBQ party на заднем дворике, но, скажите мне честно, часто вас принимал кореец у себя дома?

Секрет в том, что дом для корейца, на самом деле, это - ночлежка, шелтер (вроде тех, куда полицейские собирают на ночь бездомных в Торонто). У меня создалось впечатление, что большинство корейского населения, подобно мне, живет в рентованном (арендуемом) жилье, так называемых виллах, и "виллы" - это не, о чем вы думаете (это было и моей ошибкой думать, во время предварительных переговоров с Джангом, что это коттедж или частный дом). Это - теснейшие каморки размером с самый маленький торонтовский бедрум (bedroom, иначе спальня), в которых нашлось место и крошечной прихожей с газовой плиткой и кухонными шкафчиками там же, сбоку на стенке, и такой же соразмерно крошечной ванной-туалету, где...

Но обо всем по порядку.

Почему корейцы живут в рентованных виллах, а не в своих домах?

Тогда как канадцы стараются найти работу ближе к дому, в пределах своего города, русских не заставишь поменять родной городишко на Москву, даже предлагая сумасшедшие контракты, корейцы норовят устроиться подальше от дома. Так, сеульца не найти в Сеуле, он всюду, но не ближе трех-четырехчасовой езды от родного дома. В КИИПТе работают одни сеульцы (мужчины). И, напротив, дижонец любит устроиться на работу в Сеуле и посещает любимый город только по уикендам. И так все сорок миллионов трудоспособного корейского населения. (Я не думаю, что у всех корейцев патологическая, генетическая, на протяжении поколений выработанная неприязнь к родным половинам и чадам, что они сбегают от них. Нет, я бы не думал так. Здесь дело в чем-то другом. Я думаю, не сказывается ли в таком поведении современного корейца поведенческая модель древнего кочевника-монголо-тюрка, который бросал свой дом, свою семью и отправлялся покорять мир?). Что ни говори, сорок миллионов живут в рентованном жилье.

Виллы – это небольшие и невысокие, чаще всего четырехэтажные, аккуратные домики, с простой, я бы сказал, примитивной планировкой, напоминающей тюремные строения, поэтажно поделенные на тюремные камеры справа и слева, в которых вместо решеток – двери, а вместо нар – пол.

Моя камера начинается с прихожей, которая - метр на метр. Я протискиваюсь в левую половину метра, так как правая половина занята кухней. Для меня это очень удобно, я приноровился к этому уродцу – кухне-прихожей и использую ее на всю катушку. Я прихожу домой и захожу в предбанник. Далее, прыгая на правой ноге и сдирая левой рукой башмак с левой ноги, одновременно протягиваю правую руку чуть вверх и кручу вниз газовый вентиль. Затем, снявши башмак, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, начинаю прыгать на левой ноге и сдирать башмак с правой ноги, держась левой рукой за гашетку плитки и беспрестанно нажимая на нее. Спустя несколько прыжков и попыток плитка включается. На ней уже стоит симпатичный чайник, купленный на Центральном рынке и наполненный водой, принесенной из офиса (спасибо за совет, ВальтерЭго!).

Из кухне-прихожей я проникаю в комнату, она же гостиная, она же спальня, она же кабинет, она же столовая. Габариты ее метра два с половиной-три на три-четыре метра. Измерить точно не удается, потому что в зависимости от времени суток и моего состояния длина (ширина) моего шага различается (я считаю, что обычно шагаю на метр; ну, это примерно как обстоит дело с моим ростом: некогда мой рост составлял 175 см, с тех пор прошло много лет, но во всех анкетах я по-прежнему пишу 175, хотя стал ниже сантиметров на десять; ха, я и волосы указываю как каштановые, хотя наполовину седой... Ну, что об этом говорить).

В комнате – подаренная Джангом кровать, платяной шкаф, двух близнецов которого я недавно обнаружил в столовке для верующих, и телевизор с видеомагнитофоном. Места для чего-либо еще нет.

Окна (окон) нет, зато комната имеет продолжение в виде огражденной раздвижной дверью застекленной веранды (хорошо использовать как тещину комнату, она холодная, габариты метр на два с половиной-три метра), справа к стенке приделан бойлер, под ним стиральная машина. Окно на веранде - это одновременно и окно для квартиры; скудный свет едва просачивается сквозь матовое стекло раздвижной двери веранды. Если выглянуть в окно, то взгляд упрется в стенку и балкон соседнего дома, но если скосить глаза круто вправо и вывернуть шею, то можно увидеть кусок переулка и задворки провинциальной управы.

Раз упомянул бойлер, это такая штука, которая приводится в действие компьютеризированным устройством на стенке при входе (наподобие тех, что в торонтовских апартментах) и отапливает пол либо согревает только воду (по твоему выбору). Напоминает водогреи в ленинградских хрущевках. Отличие от торонтовских и ленинградских систем отопления в том, что торонтовские фурычат всегда и плата за отопление включена в арендную плату, ленинградские согревают только воду и плата стабильна (зависит от количества жильцов и жиличек), а корейские управляют твоим персональным бойлером, где имеется счетчик, который подсчитывает каждый сожженный тобой кубометр газа. Поскольку у Кореи своего газа нет, то и газ дорогой. По дороговизне это как примерно автомобильная страховка после ДТП. Примерно так. Я не пользуюсь бойлером большую часть времени, но не потому, что я жадный и экономный. Нет, те, кто меня знают, скажут, что я просто расточителен. Объясняю. Моя камера расположена между двух сопредельных камер, и благодаря соседству с расточительными одиночками-корейцами в моей камере постоянно держится температура в 18 градусов, а это однозначно теплее, чем в моей торонтовской спальне.

Туалет как туалет, только крошечный, как я сказал, габаритами с предбанник. Стульчак, правда, маловат, но я уже наловчился садиться на него с первого раза. Что отличает мой туалет от прочих туалетов мира, так это то, что он весь одновременно и душевая. Душ прицеплен к стенке между умывальником и туалетным горшком. Таким образом, в функциональном убранстве туалета также сказался невероятный гений корейца, ибо – чтобы принять душ, ты должен присесть на корточки (дабы не забрызгать все водой, включая книжку, которую ты так любишь мирно читать, сидя верхом на унитазе...), то есть, по сути, приблизиться к матушке-земле (читай половую жизнь).

Итак, вы получили полное представление о корейском доме.

Именно моя рентованная каморка - это типичный корейский дом, в котором живет постоянно кочующее 40-миллионное население этой страны, а не те дома с черепицей и изогнутой кровлей, которые так живописуют иные профессора.

Теперь скажите мне на милость, что может тянуть меня в такой дом после работы?

Я прихожу в него только для того, чтобы бросить свои кости в кровать, переспать еще одну ночь, проснуться через несколько часов и покинуть его, выйдя навстречу утренней заре, переводу, М. и ресторанам.
Subscribe

  • САКУРА В ЦВЕТУ

    ТОВАРИЩ по тэчжонскому велоклубу, профессор КАИСТа, отправляясь на утреннюю покатушку, решил снять цветущую сакуру, потконнаму 벚꽃나무...

  • КОРЕЯ СТАРАЯ И НОВАЯ

    КОЛЛЕГИ написали вчера: "А так выглядит деревня, в которой жил преждерождённый. Здесь будут стоять двадцатипятиэтажки. Приедете - не узнаете".…

  • КОРЕЙСКИЕ ВЕЛОДОРОГИ: АЧЖУКАРИ КАТИТ ДОМОЙ

    КАК пить дать, после покатушки товарищи пошли в ресторан, а то и в два, там изрядно приняли на грудь, а картинка, выложенная Ачжукари, ни разу не…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments

  • САКУРА В ЦВЕТУ

    ТОВАРИЩ по тэчжонскому велоклубу, профессор КАИСТа, отправляясь на утреннюю покатушку, решил снять цветущую сакуру, потконнаму 벚꽃나무...

  • КОРЕЯ СТАРАЯ И НОВАЯ

    КОЛЛЕГИ написали вчера: "А так выглядит деревня, в которой жил преждерождённый. Здесь будут стоять двадцатипятиэтажки. Приедете - не узнаете".…

  • КОРЕЙСКИЕ ВЕЛОДОРОГИ: АЧЖУКАРИ КАТИТ ДОМОЙ

    КАК пить дать, после покатушки товарищи пошли в ресторан, а то и в два, там изрядно приняли на грудь, а картинка, выложенная Ачжукари, ни разу не…