Tiger and Magpie

ШИШАК

СЕГОДНЯ я подвергся небольшой операции по удалению липомы. Она воспалилась и неимоверно вздулась две недели назад, вдруг, за одну ночь. Проснулся после покатушки по горкам и ощутил резкую боль в плече. Сунул за спину руку и нащупал огромную шишку. Пошёл в туалет, глянул в зеркало - красная как гранат. Пошёл в больницу Пресвятой Богородицы - профессор сказал: "Необходима госпитализация". Я сказал: "Помилуй Бог, а как же работа?", а про себя подумал: "Знаю вас. Хотите раскрутить на деньги", выбрал амбулаторное лечение и принялся ходить по понедельникам, средам и пятницам на приём, каждый день на уколы и глотать таблетки - по четыре штуки утром и вечером. Через неделю кисть от уколов стала сизая как слива, профессор всякий раз констатировал отсутствие значительного улучшения. Я тратил безумные деньги - по тридцать-сорок тысяч за раз (профессор был ведущий), думал: "Почему не согласился на госпитализацию?", но оставался верен своему Пути. Сегодня утром профессор сказал: "Уколы не помогают, воспаление не проходит. Предлагаю сделать операцию". - "Госпитализироваться надо?". - "Не надо. Удалю липому, и идите себе на здоровье домой".

Я вернулся в больницу в три тридцать. Медсестра, увидев меня, воскликнула: "Пришли! Говорите скорее своё имя и дату рождения, я нацеплю на кисть бирку, поставлю на плече знак, и мы пойдём в операционную". Какой знак? Она пояснила: "Чтобы не разрезали не то плечо". Шутница! Нацепила бирку, черканула на плече и повела на второй этаж. Провела через оцифрованную дверь в операционное отделение и сдала на руки другой медсестре. Та снова спросила имя и дату рождения, повела переодеваться, как спохватилась: "Дайте глянуть на бирку". Мелькнула мысль: зачем вообще нужна бирка, тем более, взрослому человеку? Чтобы не перепутать трупы, когда не у кого будет спросить имя и дату рождения?

Приведя в раздевалку, велела переоблачиться в бумажные одежды синего цвета: "И снимите с себя всё металлическое". - "Кольцо тоже?". - "Кольцо в первую очередь". Как хорошо, что я не приверженец пирсинга! "Брить ничего не надо?" - "Не надо". И на этом спасибо.

Повела в операционную, и тут произошло неизбежное: я захотел в туалет. Все впали в ступор. Туалет остался снаружи, а я был в бумажных одеждах и стерильных тапочках. После недолгой дискуссии решили пустить, ведь я иностранец, в служебный, профессорский туалет. Ай, хорош туалет! Там задержался, но не потому, что туалет был хорош, а потому, что не знал, как спустить воду.

Проходя мимо операционных, видел распластанные безжизненные тела, покрытые окровавленными покрывалами. Бррр! Наконец меня привели в мою. В ней было несколько человек в халатах и масках. Увидев меня, замаскированные заторопились. Повалили на стол, опрокинули набок, привязали, оголив до колен, ноги к столу - должно быть, чтобы не сбежал. Воткнули в стол перед носом станок, положили на него руку, укутали всего несколькими покрывалами, так что я лишился возможности видеть и дышать. Напоследок натянули на указательный палец напальчник, и я услышал звук, который в фильмах врачи и режиссёры дают послушать зрителям, прежде чем объявить: "We lost him" - пик-пик-пик.

Женский голос стал спрашивать, как отношусь к местной анестезии, не помер ли от неё кто из родных. Не поздно ли спрашивать? Я уже ответил на все вопросы! Тут знакомый голос сказал: "Не дёргайтесь, обеззараживаю". Профессор! Я вас не узнал.

После обеззараживания я стал впадать в дрёму. Таков закон природы: после обеда я обязательно дремлю несколько минут. Наконец я услышал: "Буду делать анестезию". Окей, скорее уж. Поставив уколы, профессор снова принялся поливать и мять мой шишак. Наконец раздался характерный звук - так отрезают кусок мяса, по спине что-то полилось - я вспотел, пик-пик ускорился. Профессор перестал сообщать о своих действиях - мне ничего не оставалось, как положиться на его опыт. Он резал, давил, изредка обращался к своим собратьям на непонятном мне медицинском языке. Возможно, сообщал им: "Посмотрите, какая превосходная опухоль", но, скорее всего, говорил: "Не пойти ли нам сегодня вечером, fratres, братие, есть самгёпсаль? Знаю симпатичный ресторан"...

Спустя некоторое время к плечу словно приставили пылесос. Мне знакомо это ощущение. Так палец всасывается в шланг, если поднести к нему. Стали колоть иголками - ага, зашивают. Зашив, скинули покрывала, велели подниматься. Профессор показал, растопырив пальцы: "Отрезал столько кожи". Ммм, сантиметров пять. Срастётся ли? Но это и замечательно. Ведь мне сделали подтяжку кожи. Будет теперь на моём теле ещё одно место без морщин, пусть и со шрамом. Не довольствовавшись словесным рапортом, мой лекарь поднёс на блюдечке свою добычу - гору мерзкого вида субстанции: "Вот гной, вот жир, который я на всякий случай высосал вокруг шишака...". Так вы ещё и липоксацию делаете! Почему не сказали перед операцией? Я бы попросил удалить жир и в других местах. Операция длилась минут пятнадцать-двадцать.

Спустившись вниз, заплатил за операцию (счёт выставили на 244 тысячи 149 вон, прим. $250 CAD, я же заплатил, благодаря обязательной медицинской страховке, 131 тысячу, около $135 CAD), поставил укол, позвонил в институт, сказался больным и пошёл домой.
А где же фото рюмки, сала и колбасы с горчицей, которыми положено реабилитировать после такой душевыдирающей боли???
:)))
А как же прайвеси? Могу я время от времени не делиться с публикой интимнейшими моментами своей жизни?
К тому же, с этими фото с рюмками часто бывает так: чуть только зазеваешься, выложишь, и тут как тут налетают критики: "Не о том пишешь, Атсман. Где гражданская позиция? Где фото северокорейского концлагеря?"... :)))