February 24th, 2019

Tiger and Magpie

БИСКОТТИ

ЧЕРЕЗ сорок лет совместной жизни наша словесная коммуникация свелась к нескольким фразам на дню (так бывает, без исключения, со всеми супружескими парами): "Кофе будешь?", "Сегодня холодно", "Лайшэков надо позвать", "Кошка пить хочет". Вчера утром, за завтраком, Драг-аятм пила кофе и стучала пальцем по телефону (она за завтрак добирается в Кэнди Краш до 95-го уровня). Я читал "A Death in China" Карла Хайэсена, предположительно один из лучших в своём жанре роман, но, на мой взгляд, не представляющий из себя ничего особенного. Этот детектив представлял для меня интерес лишь в плане сравнения дилетантских воззрений авторов на Китай 80-х и моих прошлогодних воспоминаний о КНДР. Я взял бискотти и, не желая провести всё утро в молчании, сказал: "Эти Бастончини стоят дорого - пять долларов. И их мало". Спутница жизни сказала: "У нас в Либерти вилидж в "Бальзаке" один бискотти стоит три доллара". И, замолчав, стуча по телефону, добралась до 96-го уровня. Я продолжил чтение.

Через пять минут спутница сунула руку в коробку, после чего, вынув её, сказала: "Бискотти кончились". Я откликнулся (я всегда отвечаю на реплику собеседника; этого правила я придерживаюсь и в блоге; если мне оставляют всего лишь смайлик, я пишу развёрнутый ответ: "Полностью согласен"): "Неужели прикончили коробку?". Она повторила: "Бискотти нет". Я сказал: "Хочешь, прогуляюсь до магазина?", разумеется, ничего такого не имея в виду. Она сказала: "В Либерти вилидж штука стоит три доллара. Испеки бискотти". Я машинально сказал: "Окей" (в это время в романе американский профессор вёл в кладовке захватывающую схватку со смертельно ядовитой китайской коброй). Я всегда говорю: "Окей". В этом мой секрет. Когда-то будущая спутница жизни сказала: "Может, поженимся?". Я прикинул: если женимся, обеды будет готовить она, а не я, и сказал: "Окей". Точно такой ответ я дал в один день, особо не вслушиваясь в то, что она говорит, а она, как потом выяснилось, сказала: "Хочу в Канаду"...

Collapse )