Tiger and Magpie

Путешествие по ту сторону Керёнсана

Вчера Слива, подвозившая меня вечером после молений по случаю Дня рождения Великой Матери, выгружая меня у Института, внезапно спросила, что делаю завтра:

- Завтра - общенациональный праздник, День детей. Никуда не собираетесь?

- Нет, - ответил я, - наверно, буду сидеть в офисе, а что?

- Поехали в Керёнсан?

- Я был там.

- Знаю. Вы были в Тонхакса, а я предлагаю заехать в Керёнсан с другой стороны, там, где храм Капса. Там красиво.

- Хорошо. Тогда я плачу за вход в парк и покупаю обед.

- Что вы!

В середине дня встретились в условленном месте, на углу, у стариковской лавки.

Машин было мало, и мы быстро мчались по извилистой дороге, огибая невысокие горные хребты. В одном месте редкие машины резко затормозили, и Слива едва не врезалась в машину, ехавшую перед нами. У меня перехватило дыхание. Слива победоносно посмотрела на меня: "Что, испугались? Бывает".

Что бывает, мы увидели через 15-20 минут, проехав метров сто-двести и приблизившись к месту аварии. Посередине дороги валялся перевернутый на спину, вдребезги разбитый грузовичок, рядом лежала окровавленная женщина в штанах, ачжума. Только-только примчалась скорая, стояла полицейская машина. Женщину никто не трогал. Мы медленно проехали мимо, стараясь не глядеть в ту сторону. Навстречу мчались еще две скорые помощи.

Слива больше не лихачила.

Когда мы приехали в Капса, вовсю шел дождь. Экскурсионную программу пришлось свернуть до минимума. Заглянули в храм. Посидели сбоку под крышей соседнего строения, из которого то и дело выбегали поодиночке монахи. Подкрепились водой и печеньем. Оттуда пошли в храмовый музей, расположенный в павильоне Почжангак, где впервые за последние 436 лет выставлялись ксилографы, деревянные доски, с которых некогда был напечатан "Ворин сокпо" 월인석보 ("Отражение луны и жизнеописание Будды", национальное сокровище №582) из хранилища храма Капса. Были выставлены 12 досок. Доброжелательный монах рассказывал об истории этих ксилографов. Можно было купить оттиски. Продавались две картинки. Купил обе.

Довольная посещением экспозиции и свалившейся на нее удачей (она не подозревала об этой выставке) Слива разоткровенничалась с монахами, и те пристали ко мне, чтобы я оставил свой автограф в книге отзывов посетителей. Пришлось написать что-то высокопарное, вроде "Беспредельно счастье от того, что увидел..." и так далее.

Покинув храм, почувствовали голод и бросили кости в первой попавшейся харчевне под храмом. Она была совершенно пустынна. Нас обслуживали попеременно пять человек. Пили зеленый чай из замечательных плошек. Заговорили о чае, чайной церемонии. Я сказал, что некогда в Кёнчжу одна тетка, изготовлявшая керамику, угощала меня чаем, и чайный ритуал как две капли воды напоминал японский, на что Слива с горячностью ответила, что это японцы позаимствовали чайную церемонию у корейцев, и что сохранилось описание ритуала, написанное древним корейским монахом, определенно, до того, как японцы развили ритуал до такой дотошности, она только запамятовала его имя. Что, я спорю?

На обратном пути Слива обеспокоенно спросила, как питаюсь в выходные и праздничные дни, есть ли у меня холодильник, микроволновка, тостер. Нет, сказал я, у меня ничего нет. Тогда Слива сказала, что у нее на балконе стоит ненужный ей холодильник, только она беспокоится, что он велик для моей мышеловки. Ничего, я поставлю его в лоджию.

Теперь надо будет подумать, как перевезти огромный холодильник в мою квартирку. Пойду к угловому старику, у него есть грузовичок…