Tiger and Magpie

Учиться, учиться и еще раз учиться...

...у других народов — мой самый важный вывод по итогам последнего полустолетия. Сегодня, закончив разговор на повышенных тонах с моим любезным Джангом, я подумал, что все-таки немалому научился у моих канадских работодателей, предки большинства которых вышли из Палестин и Голанских высот, а также у президентов фирм и фирмочек, торгующих ширпотребом в закоулках Тондэмуна.

Короче, раздался долгожданный звонок. Я сидел наготове дома (накануне вечером сказал боссу, чтобы он меня сегодня не ждал): "Хелло". - "안녕하세요, КИИПТ의...".

Я не видел Джанга (надеюсь увидеть вскоре), но живо представляю его — в костюме, невысокого роста, сухощав, должно быть, невыразительные, мужественные черты (как у разведчиков), о чем свидетельствуют его совершенно неприметный тембр голоса, провинциальный говорок (кстати, и пишет он, иногда используя диалектные формы), редкие, скупые шутки. Что он делает в КИИПТЕ?! Он же только что был в Индии! Но о чем это я, вернее, о ком?

Джанг начал с того, что доложил: "Дорогой, за прошедшее с момента нашего последнего разговора время я изучил корейские законы и нигде не нашел указания на то, что корейские работодатели должны оплачивать иностранному работнику проезд, да еще в оба конца".

Я ему: "Не знаю, может, Корея создает специальные законы про это, но есть общепринятые мировые стандарты. Посудите сами. Вот КИИПТ, а вот Атсман. КИИПТ нуждается в Атсмане и понимает, что кроме Атсмана никто больше не справится с этой работой. Если КИИПТ хочет заполучить Атсмана, то он может пойти на то, чтобы оплатить сквалыге-иностранцу проезд самолетом экономическим классом в оба конца". И выложил ему все, о чем думал последние двадцать четыре часа.

В последующие двадцать-тридцать минут мы, перекрикивая друг друга, выкладывали свои доводы.

На двадцать первой или тридцать первой минуте я узнал новость, услышав которую, я пожалел, что я не адвокат и у меня нет клиента вроде меня. Джанг в запале сказал, что у них есть отдельно существующий Иностранный отдел (국제부), который оплачивает проезд иностранным работникам из англоязычных стран (США, Канады), а вся прочая шушера (немцы, французы и русские) валит через Институт за свой счет, и денег им на проезд не положено.

"Погодите, вы, что, хотите сказать, что у вас есть сегрегация по национальной принадлежности? Это же дискриминация!". - "Нет, это не дискриминация...", и пять минут я слушал про отсутствие дискриминации, что выражается в том, что все иностранцы без разбору спят в четырехметровых мышеловках, одинаково пользуются имеющимися в них плитой, туалетом и стиральной машиной. "Конечно, если почтенный пожелает привезти с собой почтенную супругу, мы незамедлительно подыщем бОльшую квартиру. Да мы и сейчас думаем о том, чтобы дать почтенному бОльшую квартиру".

У меня пошла кругом голова. Чтобы передохнуть, я сказал своему невидимому собеседнику: "Пришлите мне, пожалуйста, емейл, в котором выскажите свои соображения относительно билета. Если я вам, действительно, нужен, то вы должны выслать билет. Не вышлете — не поеду". - "Я только что послал емейл!".

Распрощавшись, я пошел в яху, и — действительно, там торчало письмо от моего недавнего собеседника. В письме было написано: "КИИПТ предоставляет Атсману билет в оба конца" и в скобках: "В случае продления контракта дата обратного билета переносится на дату окончания нового контракта". И подпись.

С легкой душой я сочинил коротенький ответный текст: "С первым согласен, относительно того, что в скобках, оставляю за собой право вернуться к обсуждению по приезде в Корею". Что означало (не знаю, поймет Джанг или нет): "Да, да, я согласен ехать, вышлите скорее билеты".

Сейчас поеду в консульство делать себе визу (добро от корейского Минюста прибыло нарочной службой еще вчера).