atsman (atsman) wrote,
atsman
atsman

Categories:

Дижонские хроники

Сеул, 28 декабря (вторник), 5:40 утра.

Новый международный аэропорт в Инчхоне под Сеулом оказался просторным, его современные, сверкающие алюминиевые своды и островное расположение напомнили аэропорт Кансай в Осака (хотя, конечно, он не такой актуально модерновый, как его японский собрат).

В аэропорту (а еще раньше в самолете) меня привели в замешательство (понятное всякому русскому человеку, везущему с собой жратву) многократные увещевания по трансляции без промедления сдать таможенным властям Республики Кореи консервы, мясные изделия и фрукты, опасные для экологии Кореи и здоровья корейского народа. «В случае отказа сдать контрабандные товары», — продолжали петь чарующими голосами невидимые девушки, — «вам грозит штраф в 5 миллионов корейских вон и депортация из страны». Меня эти увещевания раздражали потому, что напоминали о тщательно припрятанных итальянской твердокопченой колбасе, изготовленной из мяса коровы и лошади, сыре моцарелла, а также трех литровых бутылках Canadian Club.

Пока я стоял в очереди за штампом в паспорте, а потом и толкался, пытаясь опознать свои сумки среди багажного потока, мимо то и дело пробегали корейские служащие, выискивая и выхватывая из толпы потеющих и растерянных потенциальных правонарушителей, якобы желая помочь им, но я-то знал, что бедолагам грозит, и, действительно, больше я их не видел. Остается только гадать, смогли они выскользнуть из цепких объятий корейской Фемиды или нет.

Поразмыслив, решил, что в очередной раз воспользуюсь своей представительной внешностью, специфической шаркающей походкой и обведу таможенников вокруг пальца. Так и все и произошло.

Получив свои сумки и погрузив их на тележку (пакет из дьюти-фри с несколькими бутылками удачно лег под мою заплечную сумку), я двинул в сторону зеленого коридора. Мужчина и девушка (не та ли, что так докучала мне угрозами?) шевельнулись в мою сторону, и тут, не дожидаясь их приставаний, я нанес свой коронный упреждающий удар. Я сказал им на своем превосходном английском языке: «Хай, я должен ехать в Дижон. Не могли бы сказать мне, как я могу уехать туда?». Оба моих противника были ошеломлены. Первой пришла в себя девушка. Старясь не показывать своего замешательства, она сказала: «Идите туда», — махнула рукой, — «выход такой-то (8В), автобус привезет вас прямо в Дижон». «Спасибо», — и вот я уже прошел мимо них.

Выйдя на свободу, я заговорил на корейском языке, отмахнулся от таксистов, купил билет в Дижон и позвонил своему пока что невидимому другу мистеру Джангу. Часы показывали 7:10 утра, но Джанг уже был на рабочем месте.

"Я купил билет на 7:30 и буду в Дижоне через три часа. Не соблаговолите ли приехать за мной на автовокзал?". "А на какой автобус вы купили билет?" — в своей обычной сварливой, но на самом деле, доброжелательной манере парировал Джанг. "На обычный аэропортовский лимузин". "Советую сдать билет и купить новый на автобус де люкс". "Почему? Он ведь не идет быстрее, те же 3 часа", — решил не оставаться в долгу я. "Он комфортабельнее". "Хорошо, обязательно так поступлю", — сказал я, не желая портить ему и себе прекрасного солнечного утра, и наступил на горло своему желанию сэкономить на автобусе лишние 7 тысяч вон (приблизительно 9 долларов). В автобусе (он, действительно, был комфортабельнее) я решил, что все-таки попробую получить с Джанга деньги за проезд.

Трехчасовая поездка на автобусе была наслаждением по сравнению с ездой на самолете – я сидел один в кресле, откинул назад спинку кресла, поднял подножник, снял башмаки, выглянуло солнце, ровная дорога убаюкивала, одурманивающе мелькали знакомые корейские пейзажи... Поначалу волновала лихость водителя, то и дело угрожающе приближавшегося на приличной, кстати, скорости километров эдак в 100 к какой-нибудь зазевавшейся малолитражке до расстояния в 1 метр, но потом я привык к чудачеству своего утреннего водителя и окончательно успокоился, когда нашел применение ремню безопасности.

Дижон, 28 декабря 2004 года, 11:30

Прибытию в конечный пункт предшествовал курьезный случай.

Автобус пару раз остановился в Дижоне, чтобы выпустить пассажиров. Я, поняв, что мы уже в Дижоне, пришел в себя и смотрел в окошко на город, в котором мне предстояло провести целый год. Водитель в очередной раз остановил автобус, вышла очередная порция пассажиров. Я увидел, как какой-то мужик рысцой выбежал из автобуса, натянул на себя пальто, которое держал в руках, потом снова вбежал в салон, бросил пальто на сиденье, достал сверху другое пальто, снова выбежал из автобуса.

Водитель прошелся по салону в мою сторону, взял брошенное пальто, подошел ко мне: «Ачжосси (дядя), это не ваше пальто?». Я ответил: «Нет», но тут увидел, что оно очень похоже на мое. Я взял пальто, открыл багажный отсек над своей головой, куда я сунул свое пальто, увидел, что он пуст и что, действительно, держу в руках свое пальто. Странно. Должно быть, давешний мужик вытащил мое пальто по ошибке.

Мы приехали на автовокзал, и я покинул автобус. С трудом таща на себе сумку, гардероб, пакет с выпивкой и картины, добрел до автовокзала (никаких тележек не было и в помине). Стал искать телефон-автомат, чтобы позвонить Джангу сказать, чтобы он приехал и забрал меня. Автомата нигде не было видно. Что делать? Я поставил вещи рядом с какой-то тетушкой: «Не присмотрите за вещичками?». Она кивнула головой. Я пошел искать телефон-автомат – он оказался на улице. Джанг пообещал появиться минут через десять. Я вернулся к вещам, они стояли там, где я их оставил, тетушка равнодушно смотрела в сторону. Пока Джанг ехал (надо сказать, подозрительно долго), я наблюдал за провинциальным автовокзалом. Вокруг стоял шум и гам. Громко кричали люди, рядом какой-то сумасшедший возмущался чем-то, было довольно грязно, бегали с билетами люди... Было впечатление, что я попал на автовокзал в каком-нибудь захолустном российском городишке.

Прошло полчаса, и я обратил внимание на мужчину лет тридцати пяти-сорока в костюме, который остолбенело стоял посреди зала и явно кого-то выискивал. Я понял, что это и есть Джанг. Он выглядел точно так, как я представлял его себе.

Мы потащили мои вещи к его машине, и по пути он объяснил, почему так задержался. Оказывается, я покинул автобус не на междугородном автовокзале (который находился через дорогу и где он меня так долго разыскивал), а на городском. Я сказал ему, что вышел из автобуса потому, что увидел, как водитель вытаскивает мои вещи из багажного отсека. Удивительно, почему дижонцы так наивны и простодушны, почему они не могут опознать во мне иностранца? А ведь стоит лишь немного поразмыслить, и элементарная логика подскажет абсурдность надобности пребывания иностранца на грязном городском автовокзале.

Джанг сходу повел меня в ресторан. Компанию составили вызванный из штаб-квартиры КИИПТа Юстас и его герл-френд, радистка Кэт. Посещение ресторана оставило двойственное впечатление. С одной стороны, я был рад, что вновь наслаждаюсь аутентичной корейской кухней, а, с другой стороны, мне вновь пришлось после многих лет забвения испытать невыносимые боли во всех частях тела ниже пояса, вызванные часовым пребыванием в раскуроченном состоянии на полу. Кстати, вот эффективный способ наказания детей. Не надо наказывать их битьем палками и ремнем, стоянием в углу. История человечества показала бесполезность традиционных видов наказания. Детей надо наказывать, заставляя сидеть по-корейски на полу. За незначительный проступок сажать на 30 минут, за более серьезный — на час. И так далее.

После ресторана поехали ко мне домой.

Квартирка оказалась, действительно, крохотной. До того крохотной, что когда я вошел в нее, я сделал всего один шаг и очутился в комнате, не заметив, что предбанник это одновременно еще и кухня. Джанг был в приподнятом настроении и с гордостью показал мне кровать, сказав, что еще ни один иностранец в КИИПТе не удостаивался чести получения кровати.

В комнате были телевизор, видеомагнитофон, платяной шкаф, тумбочка.

Чуть позднее Джанг прислал мне комплект постельного белья: матрац, одеяло, подушку и покрывало – все новехонькое и замечательного корейского качества.

Я презентовал ему обещанную бутылку, и позднее вечером мой ангел-хранитель притащил мне пакет с мылом, шампунем, зубной щеткой, пастой, двумя полотенцами и несколькими миниатюрными бутылочками кефира(!). Как приятно иметь дело с отзывчивыми людьми!

29-30 декабря 2004 года.

У меня свой кабинет. В нем компьютер, письменный стол, кресло и книжные полки, наполовину заполненные творениями КИИПТа, в том числе русскими переводами КТ, выполненными моими славными предшественниками.

Вот уже два дня я поднимаю себе настроение, читая бессмертные строки вроде «Корея — родина культуры жертвоприношения человечества. После королевств тре-святой династии Хван – Пэдал — Кочосон корейский народ был глубоко ранен из-за извращения истории и уничтожения корней корейской истории Китаем и потом Японией».

В перерывах между сеансами поднимания настроения хожу в столовку, которая оказалась довольно приличной (пишу эти слова и понимаю, что, конечно же, это мнение новичка, которое может поменяться на сто восемьдесят градусов через какие-нибудь две-три недели, когда столовская кухня приестся и захочется черного бородинского хлеба с маслицем и колбаской).

В столовке пару раз на глаза попались унылые девушки европейского вида в возрасте от 30 до 50, которые, к моему удивлению, совершенно не обратили на меня внимания. Никто не крикнул "Хай", никто не расспросил меня о Канаде... Неужто меня не отличить от местных мужчин? Интересно, в Дижоне все так не наблюдательны? Или это КТ так действует на них?

Не знаю, почему, город выглядит провинциально. Это мнение укрепилось после двух безуспешных попыток употребить банкоматы по их прямому назначению, а именно, выудить из них деньги. Завтра ехать в Тэгуй на празднование Нового года, а наличных денег кот наплакал. Попрошу у Джанга.
Subscribe

  • ВИНЕГРЕТ*

    В МИРЕ ЖИВОТНЫХ НА СЕРЕДИНУ бэкъярда вышел и уселся кролик. Увидев его, я вышел на дек и красиво сложил губы: "Ути-ути-ути". В стороне что-то…

  • КОРЕЯ СТАРАЯ И НОВАЯ

    КОЛЛЕГИ написали вчера: "А так выглядит деревня, в которой жил преждерождённый. Здесь будут стоять двадцатипятиэтажки. Приедете - не узнаете".…

  • ШТУЧКИ

    УТРОМ было солнечно, тепло - шестнадцать Цельсия. Хоть сейчас же садись на велосипед и отправляйся в путешествие. Смущал прогноз Гидрометеоцентра,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments